Любят потанцевать на косточках, особенно если в жертвах те, кто честно служил тому самому, ненавидимому ими народу, а если ничего политического к трагедии притянуть нельзя — «виновата коррупция» и «скорбите не так». Вот во всём этом — они не с народом. Вообще никак. Ими написаны даже многостраничные монографии, где они с упоением доказывают и объясняют неполноценность народа страны, в которой живут. Почитать всех этих Гербер, Улицких и иже с ними — волосы дыбом встают от обилия лжи и ненависти, выливаемой на народ и страну.
Но иногда происходят удивительные трансформации. Если где-то в стране народ высказывает своё недовольство — эти чёртики моментально оказываются там, с народом. Вспомните Собчак на мусорном полигоне, как яро защищала она права тех, кого в обычной жизни поливает грязью. Да, перед этим хорошенько отдохнув где-то на Мальдивах. Но это не важно, она может себе позволить, ведь она — «цвет нации». Кстати поторговав своей мордой на этих мусорных протестах, она вскоре их благополучно забыла. В Екатеринбурге то же самое, причём самые откровенные ублюдки в открытую пишут, что недовольство народа они просто используют, им совершенно до лампочки и сквер, и храм, им просто нужно «протестное мясо», в идеале нужна большая кровь, чтобы использовать это для раскачки ситуации в стране. Пишут это в открытую, ничего не стесняясь. И самое удивительное, что те, кого они считают этим «протестным мясом», всего этого не видят и позволяют собой манипулировать.
А всего лишь надо знать, кто эти люди и что они все из себя представляют. Надо знать, что плевать им на народ, они просто «за любой кипиш кроме голодовки». И надо помнить, что если они каким-нибудь образом дорвутся до власти — мало не покажется никому. И они этого даже не скрывают.

Потом слово взял избитый оппозиционер из Княжеваца, в честь которого нынешний митинг назвали «Стоп кровавым рубашкам». Митингующие поддерживали его выкриками против действующей власти, а он после выступления фотографировался с гражданами, поворачиваясь в камеру так, чтобы хорошо было видно синяки. В толпе ходоков под ногами путались «лютоволки» разных мастей, вздрагивая от рева вувузел и свистков.

Затем слово взяла профессор философского факультета. Накал выступления стал стремительно спадать. Участники митинга переминались с ноги на ногу, и видно было, что им скучно и уже не терпится начать поход к неприступным стенам президентского дворца. В ожидании они фотографировались с шоуменами группы «Пуф!», которые на одном из протестов ввалились в здание телекомпании РТС с электропилой. Фотографирующиеся престарелые оппозиционеры задавали им один и тот же вопрос: «Когда вы снова принесёте пилу?», на что те отшучивались.

Наконец колонна собралась в кучу и радостно замаршировала по улице. Подтянулась «конница»: велосипедисты и самокатчики выделялись в толпе яркой спортивной формой. Между ними шныряла одичалая цыганча, присматриваясь к сумкам. У здания редакции газеты «Вечерние новости» колонна остановилась. Ведущий «накричал» на здание редакции, обвинив ее в продажности, и позвал ходоков дальше: к редакциям газеты «Политика» и телекомпании«РТС», в эфир которой так стремятся попасть оппозиционные лидеры, организовавшие протесты в Сербии.

Бошко Обрадовича, предводителя движения «Двери», в этот раз на митинге замечено не было. Драган Джилас, бывший мэр Белграда, не появлялся давным-давно, и только Вук Еремич ходил в толпе в темных очках, которые придавали ему таинственный вид заговорщика.

К нам подошли грустные подростки и вежливо спросили: «Скажите, пожалуйста, где здесь можно сесть хоть на какой-нибудь автобус?» Я отправила их за разъяснениями к полицейскому, который объяснил, как выбраться из перекрытого центра города. Некоторые люди обреченно сидели на остановках, выжидая конца оппозиционного сборища.

Раздался звук старинного латунного рожка, который нёс молодой человек интеллигентного вида. На него завистливо посмотрела немолодая женщина и задудела в пластмассовую вувузелу, стремясь перекрыть звук рожка. Из витрины здания оппозиционерам замахали ярко накрашенные голоногие танцовщицы. Проходивший мимо мужчина крякнул от неожиданности и засмотрелся на девушек, застопорив движение. Грузовик уехал далеко вперёд, музыку перестало быть слышно. Усталые ходоки в жаркой толчее молча и медленно двигались вперёд. Вдруг в толпе наступило оживление.

Оказалось, что впереди раздавали бесплатную кока-колу. Страждущие оппозиционеры наперебой расхватывали холодные банки и жадно припадали к американскому напитку, толкаясь, как украинские майданщики за бесплатным печеньем. Над толпой развевался флаг Евросоюза. Освежившись, ходоки зашагали в направлении стен президентского дворца веселее. В парке возле него появились ещё палатки. В одной из них со вторника живет Драган Видакович Мрки, которого в прошлом году полиция посадила в тюрьму за твит.

— А что вы там написали? — спрашиваю я.

— Что надо расстреливать тех, кто у власти, — отвечает он.

—Так правильно вас посадили! — говорю ему.

Он улыбается и говорит, что останется жить в палатке до тех пор, пока Александр Вучич не уйдёт с поста президента.

— А что, за свет платить не надо, местные жители еду приносят, в туалет хожу в кафе, там же кофе пью, мыться иду домой, — рассказывает о своей «майданной» жизни Мрки.

Движение, которое он возглавляет, требует отставки президента и обещает после 1 июня устроить «гражданское неповиновение на всех уровнях», если требование не будет выполнено.

— И кого вы хотите видеть президентом? — спрашиваю его.

— Увы, но никто из этих не подходит, — печально говорит он, кивая на шатёр «Союза за Сербию».

Рядом с ним стояла палатка «Инициативы женщин Сербии», выражающих поддержку телекомпании из Нови-Сада, которую якобы мучает нынешняя власть. И действительно, представительницы «Женщин Сербии» выглядели так, словно только что вышли из тюрьмы.

Тем временем в так называемую «свободную зону» добрались утомлённые митингующие. Для них «Союз за Сербию» устроил очередную развлекалочку: музей власти. В «музее» лежали кроссовки шефа канцелярии по делам Косово и Метохии правительства Сербии Марко Джурича, недоеденный шницель президента Александра Вучича, рубашка министра обороны Александра Вулина, а так же сэндвич. Оппозиционеры считают, что именно сэндвичами власть подкупает своих сторонников.

Бутерброд пролежал недолго. Видимо, кто-то из голодных ходоков под шумок утащил его и съел, оставив на столе только крошки от «экспоната».

— Скажите мне, когда приходить на пенсионный протест? — меня требовательно потянула за рукав пожилая белградка.

—А это разве не он? — спрашиваю ее.

— Ну нет, что Вы, пенсионный протест будет отдельно! Когда вот, неизвестно, никто ничего объяснить не может толком! — возмущённая женщина ушла в направлении сцены, на которой выступали представители оппозиции, приехавшие из провинции.

— И вот мы победили! — закричал один из них в микрофон.

Динамики же были расположены в грузовике, который стоял за кустами. Пожилые митингующие, силясь в полутьме разглядеть через ветки, кто говорит, смотрели в пустой грузовик и не догадывались, что оратор стоит позади них. Остальные постили в соцсети снимки с протеста, щурясь через очки в экраны смартфонов. Снова грянула музыка про падающую власть, ознаменовав конец протеста.

Ходоки стали растекаться по сторонам, таща за собой «лютоволков»,которые застревали у каждого дерева, оставляя «комменты». Стража президентского дворца негромко переговаривалась между собой по рации за неприступной оградой.