В последние годы широко обсуждается идея о том, что стандартные критерии оценки уровня развития того или иного государства (вроде ВВП, уровень занятости, сальдо бюджета и так далее) безнадежно устарели. Целый ряд государств Запада предложил использовать в качестве основного индикатора международный индекс счастья. Данный индекс разрабатывается по довольно-таки субъективным критериям, не раз вызывавшим критику, однако его или похожие расчеты с недавних пор принимают во внимание на уровне правительств Британии, Франции и других стран Запада. А правительство Новой Зеландии в этом году даже объявило, что первым в мире положило в основу идеологии государственного бюджета индикаторы удовлетворенности жизнью.
Не отстают и российские либеральные экономисты. Так, недавно Алексей Кудрин предложил дополнить экономические показатели России индексом счастья. А Сергей Гуриев призвал сделать основной целью социально-экономической политики государства рост индексов удовлетворенности жизнью.
8 июля, 08:00
От финансовых скреп к духовным
Российские либералы очень любят приводить в пример западный опыт. Правда, почему-то упускают из виду, что первой страной в мире, создавшей официальное Министерство счастья, несколько лет назад стала Венесуэла. Не самый лучший пример с точки зрения либералов.
И вот теперь выясняется, что погоня за ростом степени удовлетворенности граждан оборачивается для правящих режимов тяжелыми последствиями. Целый ряд исследований указали на феномен, названный в The Economist "Парадоксом удовлетворенности" (The satisfaction paradox). По новым данным, чем больше "индекс счастья" в европейских странах, тем там меньше уровень поддержки традиционных умеренных партий. В общем, "с жиру бесятся" эти неблагодарные избиратели — так можно перевести на простой человеческий язык изумление и ворчание либеральных журналистов.
Между тем при желании несложно найти много взаимозависимостей между итогами выборов и какими-то сторонними явлениями. К примеру, некоторые исследования указывают на то, что смерть супруга снижает желание голосовать за правящую партию примерно на десять процентов. Дождь в день выборов, оказывается, повышает рейтинг власти. Победа же любимой футбольной или баскетбольной команды усиливает поддержку действующей администрации в США на 1,6% (хотя и всего на десять дней). Представляете, как тяжело определиться избирателю, чья команда проиграла, но в день голосования льет дождь — просто разорваться можно.
19 июня, 08:00
Названы страны, которые скоро уничтожат себя
Правда, если принять эти эффекты во внимание, получается, что на протяжении нескольких последних лет какой-то коварный противник либерализма (мы догадываемся, какой именно) в дни выборов разгоняет облака и вынуждает все местные команды одновременно проигрывать. Иначе, опять-таки, как объяснить общую тенденцию падения уровня поддержки традиционных партий в большинстве стран либерального мира?
Беда западных исследователей, находящих прямую взаимосвязь между уровнем счастья бюргеров и результатами голосования, заключается в том, что они останавливаются на открытии "парадокса" и не пытаются найти его объяснение. А ведь версий много. Так, это можно объяснить тем, что человек, достигнув желаемого образа жизни, боится потерять его в результате резких изменений в обществе. Например, от притока мигрантов, демпингующих на рынке труда. Установи подобную взаимосвязь — и, согласитесь, "парадокс" уже не выглядит столь парадоксальным.
