Фильм «Брат» оказался во многом пророческим. С одной стороны, он был типичным порождением того времени, он был грубым, циничным и кровавым. Но что-то всё равно не давало воспринимать его, как всю бандитскую киночернуху того времени. Наверное, какой-то свет в глазах главного героя. Наверное, какая-то, пусть даже и пещерная, грубая справедливость этой истории. Да, главный герой был убийцей, но при этом у него был свой кодекс чести, которому он следовал. Несмотря на то, что до этого он убивал ещё и на войне, он смог вернуться с неё, не потеряв человеческий облик. Пусть и с израненной душой. И убивал он вовсе не невинных, а откровенных бандитов, которые тоже были убийцами, но отличались от Багрова тем, что у них не было ни кодекса чести, ни самой чести. Наверное, иначе тогда было нельзя. Время такое, циничное и кровавое, когда вместо чести – только деньги и не оставалось ничего святого. Всё именно так, как в стихах Кормильцева.
И в конце фильма случается чудо. Те самые крылья, которые, как казалось, страна окончательно потеряла, начинают пробиваться на спине главного героя фильма. Вы можете с этим спорить, но честь и справедливость в самом конце фильма окончательно побеждают другую сущность Багрова, сущность безжалостного убийцы.
7 августа 1999 года банды террористов под предводительством Шамиля Басаева и Хаттаба вторглись в Дагестан. Это было наследие тех самых предательских соглашений в Хасавюрте. Фактически независимая Чечня превратилась террористическое государство, в котором правила радикальная ваххабитская идеология. В Чечню стекались террористы со всего мира, вооружённые банды представляли из себя самый настоящий террористический интернационал. Само собой, что происходило это не просто так, и не само собой. Больше всего это было похоже на тщательно проработанный план, который выполнялся методично и неукоснительно. План по окончательному развалу России. И вторжение банд в Дагестан должно было стать началом активной фазы этого плана. Потому что тогда казалось, что страна уже не может сопротивляться, казалось ткни одну костяшку домино и всё начнёт падать, падать быстро и падение это уже будет не остановить. Армия была унижена и деморализована, к тому же военные отчётливо помнили предательство в Хасавюрте, набирать срочников для новой войны – было чревато восстанием национальных республик, которые могли не захотеть отправлять своих детей на новую войну. Народ был до того уставшим и измотанным, что казалось — он примет для себя любую судьбу, с абсолютным равнодушием. Казалось, что всё было продумано и план должен был сработать, на все сто процентов.
Но он не сработал. Благодаря простым дагестанским мужикам, которые взяли в руки то оружие, что у них было, чаще всего обычные охотничьи ружья и которые встали на пути отлично вооружённых и снаряжённых банд головорезов, которые вторглись в Дагестан. Встали, зная, что могут не вернуться домой, так как силы были не равны, а боеспособные армейские подразделения тогда пришлось собирать по всей стране. Дагестанцы встали не просто за свою землю, они встали за всю Россию, я прекрасно помню, что они говорили тогда корреспондентам, приехавшим в Ботлихский район.

Костяшка домино не упала. Ваххабиты были разбиты и изгнаны из Дагестана, а после этого, во второй чеченской кампании, с огромным трудом и потерями добиты там, откуда пришли. Впереди было ещё много тяжёлых лет, боёв, смертей и крови, впереди были Дубровка и Беслан, но тогда — в августе 1999 года у России снова начали расти Крылья. В Дагестане, в Ботлихском ущелье, благодаря дагестанским мужчинам и российским солдатам, которые сражались за свою страну в одном строю, плечом к плечу.

Тут интересно другое. За две недели Олю раскрутили все оппозиционные и русофобские СМИ. Она даёт интервью Дождю, Радио Свобода и Deutsche Welle. Ее фото украшает первые полосы западных газет. О ее судьбе беспокоятся все, начиная от безликого анонима в протестном паблике и заканчивая серьезными тетеньками и дяденьками из Европарламента и прочих очень важных организаций. За ее походами в комиссию по делам несовершеннолетних следят в прямом эфире. И с предвкушением ждут ее новых ярких выступлений и красочных фото.

Более того. Оля — абитуриентка факультета журналистики главного ВУЗа России. И все замерли в ожидании результатов ее поступления.
И… Сегодня Оля радостно сообщает, что она поступила. Назло всем своим врагам. Но фанфар по этому поводу не будет.

Потому что а) «кровавый режЫм», вопреки легендам и ожиданиям, не использовал админресурс и не призвал руководство ВУЗа не зачислять одиозную барышню; б) Оля поступила на бюджет и таким образом полностью реализовала своё конституционное право на бесплатное обучение, тем самым своим личным примером доказав приоритетность записанных в основном законе тезисов.
Так что появление ее на следующем митинге с целью продемонстрировать невыполнение властями закона будет выглядеть, мягко говоря, глупо.
Да, я прекрасно понимаю, что Олины взгляды, лексика и риторика мало соответствуют стандартам МГУ. Однако, я уверена, что все возможные попытки сделать из Оли приличного журналиста будут предприняты. Даже при осознании того факта, что полученные знания она впоследствии будет использовать в информационной войне против страны, которая за бюджетные деньги дала ей образование.
Но сейчас я просто хочу обратить внимание на красоту момента. А именно, на то, как, не предпринимая никаких усилий, был выбит пусть мелкий, но все же козырь из обоймы антироссийской пропаганды.
Ведь теперь вчерашняя оппозиционерка — часть системы, против которой она выступала. Системы, которая не выкинула ее на обочину, не пропустила через жернова «репрессий», не наказала за «инакомыслие», а дала шанс не только получить образование, но и сменить гнилую опполиберальную тусовку на полноценную студенческую жизнь. Где вместо тупых лозунгов и провокаций, как минимум, — учат думать…