По данным Министерства обороны России, безвозвратные потери в ходе боевых действий на советско-германском фронте с 22 июня 1941 по 9 мая 1945 года составили 11 444 100 советских военнослужащих.
Есть 3 лжи. Маленькая, большая и статистика.
И как это противоречит приведённым мною цифрам?
Добавлено спустя 36 минут 55 секунд:
Приведенные цифры явным образом вообще никак не свидетельствуют о вышесказанном тобой, т.е. о том, что до 45-го не дожил практически никто из тех, кто воевал в 41-м. А вот сказанное мной явным образом как раз и говорит о том, что среди вошедших в Германию было немало тех, кто видел эти зверства.
Есть такое понятие - ошибка выжившего. Например, много историй про дельфинов, которые толкали тонущих пловцов к берегу, и спасли их. Но совсем нет историй о том, как дельфины толкали пловцов в обратную от берега сторону - по понятным причинам нам их никто не расскажет.
Ну ладно, не о том я сейчас. А о том, что сравнивал положение с ветеранами первых лет войны в Вермахте и Красной Армии.
Всего в армию Германии было призвано 22 миллиона человек, к моменту вступления Красной Армии на территорию Германии в Вермахте и пр. воевавших частях было около 9 миллионов, что сопоставимо с численностью Красной Армии. При нападении на СССР численность Вермахта была 3800000. Элементарная логика и столь же простая арифметика (даже без подробного рассмотрения убыли-прибыли личного состава) позволяет предположить, что минимум 2/3 личного состава германских ВС наличных на конец 1944 не бывали на территории СССР.
Что касается видевших немецкие зверства советских солдат - так они до Германии добирались через разорённую страну, понятно что много видели. + политруки и пропагандисты старались до сведения довести.
Что касается немцев - выделю всё сказанное в короткую формулировку - солдат, непосредственно участвовавших в геноциде советского народа к 1944-45 в армии осталось уже немного, а немецкая пропаганда (это уже мой допущение) едва ли рассказывала вновь призванным "смотрите, что мы натворили там, и нам идут за это мстить!" - побуждающие идти в бой стимулы были другие. И, очевидно, достаточно надёжные и действенные - см. моё упоминание охоты на беглецов из концлагеря в последние недели войны.
